Летние выставки в Москве: русский модерн Фёдора Шехтеля, школа Званцевой и интригующий «Секретер»

«Фёдор Шехтель. Грёзы русского модерна» в Музее архитектуры им. А. В. Щусева

До 4 октября

Главная архитектурная выставка-блокбастер сезона – экспозиция «Фёдор Шехтель. Грёзы русского модерна» в Музее архитектуры имени А. В. Щусева. От ранних театральных работ (Шехтель оформлял спектакли театра Лентовского и аллегорическое шествие «Весна-Красна» на Ходынском поле в честь коронации Александра III) до поздних нереализованных проектов, она охватывает период от 1880-х до 1920-х годов – время становления, расцвета и упадка русского модерна.

Главными героями экспозиции ожидаемо становятся московские особняки банкира Степана Рябушинского (сейчас Музей-квартира Максима Горького) и Зинаиды Морозовой, для которых Фёдор Шехтель делал не только общий архитектурный проект, но и продумывал все детали интерьера, включая камины, настенные светильники и даже дверные ручки. Отдельное место отведено неорусскому стилю, который в России был вписан в национально-романтическое направление модерна. К нему относятся Ярославский вокзал в Москве и проекты Нижегородского отделения Государственного банка и Губернского земского музея в память трёхсотлетия Дома Романовых в том же Нижнем Новгороде, которые, однако, так и не были реализованы. Неслучайно главным городом для родившегося в Петербурге Фёдора Шехтеля всегда оставалась Москва.

Среди других знаковых городских проектов его авторства, представленных на выставке, – реконструированные им здания Московского Художественного театра в Камергерском переулке и электротеатра «Художественный» на Арбатской площади и торговый дом фарфорового магната Матвея Кузнецова, в котором в советское время располагался легендарный «Дом фарфора».

«Школа Званцевой. Лаборатория модернизма» в Музее русского импрессионизма

До 4 октября

О Елизавете Званцевой, ученице и музе Ильи Репина, написано и сказано немало. От несостоявшегося романа учителя и ученицы остались полные страсти письма художника и два живописных портрета Елизаветы, один из которых Репин хранил до конца жизни и передал в музей Атенеум в Хельсинки.

Гораздо хуже изучен феномен художественной школы, основанной Званцевой в Санкт-Петербурге в 1906 году. Организованная по тому же принципу, что и модные в то время частные академии Жюлиана и Коларосси в Париже и школы Ажбе и Холлоши в Мюнхене, она была выстроена вокруг фигуры «звёздного» преподавателя, в роли которого в классах на Таврической, 35 выступали сначала Лев Бакст и Мстислав Добужинский, а затем и Кузьма Петров-Водкин. И хотя выставка подробно исследует «метод Бакста», «метод Добужинского» и «метод Петрова-Водкина» и показывает работы их учеников (самыми успешными среди них были авангардисты Ольга Розанова, Марк Шагал, Михаил Матюшин и Елена Гуро и театральный художник Владимир Дмитриев), произведения самих педагогов выглядят ярче и интереснее.

Бакст представлен эскизами к балетам «Русских сезонов» Сергея Дягилева, среди которых выделяются пластической свободой и свежестью цветовых сочетаний костюмы к балету Николая Черепнина «Нарцисс», мирискусник Добужинский – видами Петербурга и поздним эскизом к «Пиковой даме» Петра Чайковского из частной коллекции. Произведения Петрова-Водкина подчёркивают его роль как проводника идей раннего русского авангарда, которым, однако, было суждено развиться вне тепличных условий частных школ: студия Званцевой прекратила существование в 1916 году в канун русской революции.

«Солодовня. Секретер» в Центре культуры «Солодовня»

До 27 сентября

В новом культурном пространстве, открывшемся по соседству с домом-усадьбой Льва Толстого на месте Хамовнического пиво-медоваренного завода, предлагают посмотреть на произведения искусства из коллекции «Солодовни» как на собрание редкостей в старинном секретере. От иконы необычной иконографии «Лабиринт духовный», на которой в виде лабиринта представлен путь души к Небесному Иерусалиму, где каждый неверный поворот грозит привести в ад, до объектов современных художников Анны Лапшиновой, Ирины Кориной и Владимира Чернышева – разные эпохи объединены общими темами.

В качестве сквозных тем куратор выставки, арт-критик и доцент кафедры истории русского искусства исторического факультета МГУ Сергей Хачатуров выбирает Героя-Трикстера, ларец, ландшафт и свиток. Акцент сделан на диалоге между классикой и современностью: эскиз костюма Кощея Бессмертного Наталии Гончаровой для дягилевских «Русских сезонов» вступает в диалог с инсталляцией «Омут» Анны Лапшиновой, эскиз ларца для «Ивана Грозного и сына его Ивана» Ильи Репина сопоставлен с работой Ирины Кориной в привычной для неё «сказочной» стилистике, одновременно имитирующей природный объект и эстетику советского искусства 1930-х – 1950-х годов. В зале «Ландшафт» идеальное пространство создаётся и безымянным иконописцем рубежа XVIII – XIX веков, изобразившим Желтоводский монастырь за спиной преподобного Макария, и Иваном Шишкиным в этюде «Лес» 1880-х – 1890-х годов.

А главным связующим звеном между классикой и современностью становится работа Данилы Толстова «Фланерство по регулярным пространствам», которая подобно свитку разворачивает перед зрителем знаковые образы русского искусства: автопортрет Павла Федотова, бурлаки Репина, юродивый из «Боярыни Морозовой» Сурикова и «Неизвестная» Крамского являются частью игры на узнавание. Так, открывая ящики секретера, можно с радостью узнать давно знакомые предметы, каждый из которых вызывает в памяти цепочку ассоциаций.