Улицы моего детского Ташкента, когда он был богат, хоть и не летал пассажиром бизнес-класса, нынешним фальшивым пассажиром, его кривые улицы, обутые в пыльные галоши, неспешные илистые арыки, сонные чинары и вечера, опускающиеся фиолетовыми складками на крыши, остывающие крыши, которые не грех и полить из шланга – пусть выпустят свой пар, – вот мои сны.