О рок-музыке, миссионерстве и не только…

Прочитал тут в юбилейном ТД №50 интервью с диаконом Андреем Кураевым, «Рок — За!» называется. Что же касается «ТД», то, если мне не изменяет память, эту проблему газета поднимала с самого начала своего существования. Писали, помнится, разные авторы, и воцерковлённые православные, и только идущие к вере, и музыканты (бывшие и действующие), и профессиональные критики, и даже люди, казалось бы, от всего этого далекие. Но все сходились в одном — рок-музыка — явление суть языческое и антихристианское и православным там делать нечего. Причем не в текстах песен, а именно в воздействии ритма рок-музыки на подкорку головного мозга зачастую и видели главную опасность. А пришел ритм этот, надо сказать, издалека, из жаркой тропической Африки, из языческих культов ее обитателей. И ударная установка современных рок-музыкантов — прямой потомок тамтамов африканского шамана. (Подробнее об этом см. «Африканские божества на европейской земле», ТД №8, сентябрь, 1996)

Прочитал тут в юбилейном ТД №50 интервью с диаконом Андреем Кураевым, «Рок — За!» называется. Что же касается «ТД», то, если мне не изменяет память, эту проблему газета поднимала с самого начала своего существования. Писали, помнится, разные авторы, и воцерковлённые православные, и только идущие к вере, и музыканты (бывшие и действующие), и профессиональные критики, и даже люди, казалось бы, от всего этого далекие. Но все сходились в одном — рок-музыка — явление суть языческое и антихристианское и православным там делать нечего. Причем не в текстах песен, а именно в воздействии ритма рок-музыки на подкорку головного мозга зачастую и видели главную опасность. А пришел ритм этот, надо сказать, издалека, из жаркой тропической Африки, из языческих культов ее обитателей. И ударная установка современных рок-музыкантов — прямой потомок тамтамов африканского шамана. (Подробнее об этом см. «Африканские божества на европейской земле», ТД №8, сентябрь, 1996)

Казалось бы, все ясно и очевидно. Нынешние времена — расцвет неоязычества, и такие явления как рок-музыка вполне закономерны для культуры современного общества. Более того, сам жанр возник, как форма протеста против традиционного западного жизненного уклада, который в той или иной форме, пусть отдаленно, но все же был христианским, о чем и говорит о. Андрей в своем интервью. Ну а так как мы живем в стране не православной, а скорее языческой, то рок музыка будет в той или иной форме протестом против языческого (или точнее, неоязыческого) мироустройства, подобно тому, как в атеистическом государстве рок выражал протест против господствующей идеологии.

Все это так, но только здесь, похоже, просматривается несколько вопросов.

Начнем по порядку. Чем была рок-музыка в советское (читай: безбожное время)? Выражала ли она протест, и если да, то против чего? Почему отношение к ней советских идеологов и чиновников от культуры было, мягко говоря, прохладным? Как известно, родиной рок-музыки считаются США. И все это — конец 50-х, начало 60-х годов. Холодная война. Идеологическая борьба. Берлинская стена. Все, что идет оттуда, считается идеологически вредным и для передовой советской молодежи неприемлемым. И пускай рок-музыканты на западе сколь угодно протестуют против буржуазного строя, сюда их ни-ни. Ниизя! Идеологическую заразу пущать не велено! Тупость советских чиновников от идеологии поражала.

Хорошо, но это то, что касается западной рок-музыки в советское время. Но у нас была и своя. Выражала ли она протест? Безусловно. Только вот против чего? Сейчас, когда говорят о роке тех отдаленных лет, очень часто имеют ввиду почему-то только т.н. андерграунд, из которого вышли Шевчук, Гребенщиков и еще целая плеяда известных музыкантов и поэтов. Но при этом существовали и вполне официальные рок-группы («Автограф», например). Большая часть рок-музыкантов вела полуофициальное существование в периферийных и провинциальных ДК. При этом их песни могла знать вся страна («Машина времени»). Иногда они привлекались для официальных идеологических мероприятий, таких как «Рок против империализма и милитаризма», «Рок за мир во всем мире», и т.д. и т.п. Официально это называлось, как правило, фестивалями политической песни. И уж какие тут протесты против безбожного общества.

Именно поэтому мне кажется слишком сильным выражение о. Андрея, что «рок-музыка и Церковь были по одну сторону… колючей проволоки». Можно ли сравнивать несколько запрещенных концертов и разогнанных тусовок с теми репрессиями, которые испытала православная Церковь?

А потом пришла перестройка. Рок окончательно вышел из подполья и утвердился в качестве одного из идеологических инструментов. МГК ВЛКСМ с большой помпой проводит в конце 1987 г. фестиваль «Рок-панорама 87». Команды растут как на дрожжах. Самые лучшие концертные площадки, стадионы, нет проблем. Рок-музыка несет в массы «прогрессивные» идеи мира, социализма, перестройки… Количество фестивалей и иных мероприятий тогда не поддавалось учету.

И вот пришло другое время. Советский Союз рухнул, началась очередная смута. Какую же позицию занимает рок-музыка. Как правило все такую же, протестную (кто не ушел со сцены и не скатился до банальной попсы). Против чего этот протест, понятно. «Потребительство. Материализм. Банальный примитивизм. Бестрагичное понимание жизни». Не всегда ясно только с какой точки зрения выражен этот протест. Часть рок-музыкантов из современного «стихийного» неоязычества пытается вернуться к язычеству псевдотрациционному (о настоящем русском язычестве говорить, по-моему, просто несерьезно), возродить из праха то, что уже давным-давно быльем поросло («Коловрат», «Секира Перуна», «Коррозия металла»). А вот другое направление протеста. Ностальгия и сожаление по недавно ушедшим советским временам. Советский слэнг и символика. Призраки «комиссаров в пыльных шлемах» восстают из глубин. Подробнее об этом всегда можно прочесть в газете «Завтра», одна из рубрик которой так и называется «Русское рок-сопротивление». Выходит не реже одного раза в месяц.

Что же в сухом остатке?

Диакон Андрей Кураев называет нескольких музыкантов, которые сами предложили ему сотрудничество. Понятно, что это исключения, которые только подтверждают правило. Да рок-музыка — язычество чистой воды. Но тем ценнее контакты с теми представителями это мира, которые, пусть издалека, узрели свет веры евангельской и пошли к нему, пусть медленно и осторожно. В ТД № 8, в статье «Африканские божества на европейской земле» сравнивалось выступление рок-группы с камланиями африканского шамана. Тогда, развивая эту мысль можно сравнить Шевчука и Кинчева с теми языческими жрецами, которые услышав от миссионера проповедь Благой Вести, сами первыми в племени, народе, государстве принимали крещение и вели за собою свою паству. Сколько своих фанатов может привести к Вратам Церковным тот же Кинчев? В этом-то и состоит важность предполагаемого проекта. В данном случае отец Андрей подобен миссионеру, который шел к диким африканским племенам, не зная точно, что его там ожидает и вернется ли он назад. Конечно нравы у нас хоть и вполне дикие, но все же не джунгли Центральной Африки. Вряд ли здесь кого-нибудь растерзают, съедят или бросят в озеро к священным крокодилам. А вот освистать, затопать ногами могут вполне. Да и пустой бутылкой из под пива могут запустить. Но тем не менее, контакт установлен. Пожелаем же удачи отцу Андрею.

Следите за обновлениями сайта в нашем Telegram-канале